Дополняя предыдущий пост, и в качестве иллюстрации моей горячей привязанности к блондинкам, выкладываю вот эти замечательные картиночки. К сожалению, не знаю кто художник, а ты бы еще нашел. Но и эти еще не все, дальше будет больше. Но позже.
Как, наверное, многим известно из научно-популярных журналов и телепередач, натуральных блондинок в мире становится все меньше и меньше.
То есть не выпускают их больше массовыми тиражами, а все больше штучной работы.
Наука этого факта объяснить, как водится, не может.
А факт этот очень печальный.
По крайней мере, для меня он очень грустный, так как к блондинкам питаю горячую симпатию и особой силы притяжение.
Но несмотря на научный факт уменьшения популяции блондинок, вокруг их становится, напротив, все больше и больше. (more…)
Уже давно заметил, что жизнь моя, так или иначе, все время крутится вокруг достаточно ограниченного количества географических точек.
Все время с этим сталкиваюсь.
Существуют места, районы, и не только в Москве, которые почему-то часто приходится посещать по абсолютно разным причинам и поводам никак друг с другом не связанным.
И напротив, есть места, даже более географически близкие и логически вроде бы более подходящие для посещения, но туда — ни ногой.
Иногда даже и соберешься, захочешь или дело какое заставит, а оно — нет, не получается.
Давно я этот феномен заметил, но объяснить или понять так и не смог.
Что-то в этом, видимо, есть фатальное или мистическое.
Звонил знакомый весь в ностальгических восторгах по поводу посещения какой-то то ли пельменной, то ли шашлычной, в которой почти все осталось таким же, как и пятнадцать-двадцать лет назад.
Суп харчо из кислой капусты, слипшиеся, не отделяемые друг от друга люля-кебабы все с той же кислой капустой, теплый шашлык на гнутых грязных шампурах, затоптанный неметеный пол, пластмассовые подносы в жирных пятнах, мутные граненые стаканы с компотом из сухофруктов, «мраморные» столики с пустыми салфетницами и чекушками с выветрившемся уксусом.
Ковырять капусту приходится жирными алюминиевыми вилками с вечно и навсегда погнутыми зубьями.
Особо брезгливым из-за отстутствия салфеток протереть вилки нечем, поэтому они торопятся принять первые пятьдесят грамм и в качестве лекарства от брезгливости и в качестве дезинфицирующего средства.
За солью надо идти на кухню со своей алюминиевой ложкой, где неприветливые растрепанные тетки насыпят в нее влажной соли.
За кассой сидит совершенно советская грубая тетка с халой на голове.
Единственно отличие, это бар вместо разлива портвейна вслепую под столом.
Ну и, разумеется, цены.
В качестве лекарства от ностальгии по совковым временам очень хорошо действует.
Говорить правду надо с большой осторожностью и только в самых исключительных случаях.
Правду не любят. Ее боятся даже если она приятная, поскольку немедленно начинают искать подвох и подозревать собеседника во лжи и скрытой издевке.
Потому что сами не верят изнутри, несмотря на агрессивную уверенность снаружи.
Если она неприятная, то тем более боятся, потому что никто не хочет услышать того, чего он знать не хочет, но болезненно догадывается и тяжело переживает в душе.
Попробуйте хотя бы пару дней говорить только правду, и на третий день с криком «А подавись!» напьетесь уксусной кислоты с дихлофосом.
Если только вас раньше не растерзают безутешные и разьяренные родственники одной из жертв вашей правдивости.
Если сильно мучает израненная воспитанием совесть, то можно не лгать, достаточно не говорить истины.
Все равно ее никто не хочет знать, что бы там не говорилось вслух.
Для проверки этого бесспорного тезиса можете один раз честно и подробно ответить на заданный вам вопрос: «Ты меня любишь?» или «Как вам нравятся результаты моего труда?».
Но я вас передупреждал…