О русской народной медитации

25.11.2015

Чтобы что-то сделать, необходимо чтобы оно случилось как бы само собой.
Не идти специально с мыслью, дескать сейчас сделаю то-то и то-то, а как бы между прочим, и тогда все делается действительно легко, играючи.
Пошел на кухню чайку заварить, по дороге постирал, посуду помыл, цветы полил, окно вымыл, полы подмел, дедлайн закрыл, файл сохранил, бэкап залил.
Не нарочно, не собирался даже, просто так само получилось.
И что характерно — сделал, и даже не заметил.
Ибо голова другим занята была, а все эти бытовые телодвижения тихо мимо сознания прошли в автоматическом режиме.
Лет, наверное, в пятнадцать устроили меня на лето почту разносить, то есть почтальоном.
Вставать в пять часов, идти в отдел доставки, разгружать тюки с газетами-журналами, а вот дальше начиналось самое интересное.
Газет тогда много выписывали, и все эти десятки наименований изданий надо было быстро рассортировать по квартирам.
Скажем, пятый дом, третий подъезд, двенадцатая квартира — Известия, Правда, Труд, Рыболов-спортсмен, Работница, Огонек, ну и письма, если есть.
Сложить в стопку, надписать, сунуть в сумку в нужном порядке.
И вот становишься за столом, перед тобой здоровые стопы свежей, только что из типографии макулатуры и ты должен быстро-быстро рассортировать, разложить, надписать, чтобы успеть разнести до шести, в крайнем случае до семи часов.
Иначе жалуются граждане, что не успевают по дороге на работу свежую прессу почитать.
Что они там вычитывали, ума не приложу, ну да это уже их проблемы, а моя проблема — успеть это им по ящикам раскидать.
Сперва, с недельку, тяжело было. Надо помнить где какая стопка, и глядя в список брать нужную газету, бросать на стол, в нее следующую, туда же журналы если есть, надписать и в сумку.
Работа на полном автомате.
Несколько дней запоминал расположение стопок с газетами, а дальше само пошло.
Да как пошло-то!
Смотришь в список, руки сами достают что нужно, и при этом думаешь о чем-то своем и в голове легкость необыкновенная.
В транс впадаешь, медитируешь, хотя тогда и не знал еще толком, что это такое.
Но чувство, ощущение невероятной легкости, активной бездумности при абсолютной сосредоточенности ни на чем.
Ты сам по себе, газеты сами по себе, отделяешься, дистанцируешься от работы и всей прочей суеты, и остаешься один, вне-всего.
Чистое, ничем не замутненное, не обремененное, не загруженное сознание, прозрачная сфера или кокон и ты в нем паришь, абсолютно свободен, естественен, раскрепощен, как нигде и никогда до этого.
Да и после не часто.
Ну, а когда все готово, сумку на плечо и бегом-бегом.
Когда лето кончилось, с почты ушел, то страшно тосковал по этому состоянию, хотелось снова встать перед тюками с газетами и оказаться в прозрачном пузыре с невидимыми границами, отделяющими тебя от всего. Хотелось безвоздушной легкости, невероятной свободы разума, сосредоточенной безмысленности.
Но… Бытие определяет и сознание и поступки. Обычный советский юноша-недоросль в обычной советской стране, в обычном для этой страны социуме с его традициями и поведением.
Естественно, искать подобное состояние проще и доступнее всего оказалось посредством сухенького, портвешка, вермута и далее поднимать градус вместе с количеством до получения безмысленного и бессмысленного состояния.
Когда еще доберутся до меня нужные книги, появятся нужные люди, когда еще собственным умом до чего-то разумного дойду…
Ну и пришлось долго-долго заниматься русской народной медитацией, пока чуть кондратий не хватил.
Хотя, если с умом и в должных пределах, то и в этом что-то метафизическое, трансцендентное есть…

Thomas Liddall Armitage - The Postman


Гули-гули, кис-кис-кис

12.11.2015

Откуда берутся мысли?
Вот не было их, не было, и вдруг откуда ни возьмись — здрасьте, а вот и мы!
Или бывает ровно наоборот — чья-то башка от мыслей пухнет, раздувается и трещит по всем черепным швам, этот кто-то беспорядочно сыплет мыслями в разные стороны, бросается ими, тошнит и рвет, его несет мыслями, у него мысленное недержание, мысленный понос, и вдруг бац — и тишина.
Застыл, не движется, даже в глазах отблеска мысли нет, пусто.
Вот от чего так, а?
И никто не знает.
У кого ни спросишь, все пургу какую-то псевдонаучную нести начинают или пошлыми хиханьками отделываются.
То есть выходит, у них тоже в этот момент либо мыслей вовсе нет, либо они все какие-то недоразвитые, левые, порченые, и свежую остро пахнущую мысль взять им негде. Нету.
Вот вопрос и возникает — откуда же они берутся, как появляются, и куда деваются, когда их нет?
Это же всё не праздный вопрос, не просто так интересуюсь.
Вот, к примеру, звонит телефон, трубку берешь, говоришь «Алло»… и всё.
И дальше в лучшем случае междометия из себя выжимаешь, на сплошных рефлексах работаешь, никакой второй сигнальной системы, сплошная первая, да и та убогая.
А если это звонит человек для тебя важный или вопрос животрепещущий решить надо, а ты ни бэ ни мэ, только экаешь в трубку да вздыхаешь обреченно.
Мыслей в тебе нет и даже не ожидается в ближайшее время.
Чувствуешь чем-то там внутри себя, что мыслей в тебе в обозримом будущем точно не будет.
А проблемы решать всё же надо, договариваться, спорить, обосновывать, объяснять почему «да» или почему «нет».
Для этого слова нужны, вернее, мысли, облечённые в слова, вербализованные.
А мыслей, как уже сказано, нету ни одной, даже завалящей, выколупанной из пыльного сорного угла самой дальней извилины.
Есть люди, способные на двухчасовые монологи, даже не слыша от собеседника дежурных «угу» или «ну да».
А я как раз кроме этих междометий ничего выдать не могу.
Ну, если только не задан конкретный вопрос, подразумевающий односложный ответ.
Как тут поступать? Что делать?
Народные псевдомудрости типа «На нет и суда нет», абсолютная фигня, ложь и безграмотные выдумки охочей до банальностей голи перекатной.
Уж что-что, а суд у нас на все найдется, а про осуждение и говорить нечего, нам хорошего человека осудить, это только дай. А не дашь — сами возьмем.
И идиотом назовут, и малахольным, и бухим и с похмелья, и как еще только не назовут.
И ни у кого соображение не шевельнётся помочь человеку, подсказать, поделиться опытом или поделиться мыслями, если своих много и не жалко.
И вот один сидишь идиотом, бормочешь, мысли подзываешь: цып-цып-цып, гули-гули, кис-кис-кис…
А мыслей о том, как еще можно собрать хоть немножечко мыслей — нет.
Одни только гули-гули.

Гули-гули


О памятных провалах

08.11.2015

Занятно. Память у меня скверная, дырявая, но кое-что все же помню.
Больше всего конечно застряло в ней разных глупостей и ненужного вздора, запоминания вроде бы не стоящих.
А вот, скажем, первый поцелуй в памяти не отложился.
Ни где, ни с кем, ни когда — то есть вообще ничего.
Обидно, потому что именно это как раз и стоило бы временами вспоминать, а не торопливое обжимание в подъезде на холодном подоконнике.
Но дурацкие случайные амуры запомнились, а самый первый, самый горячий и, может быть, самый сладкий поцелуй провалился в какие-то дыры и валяется, видимо, пыльный на дне, вместе с совсем уже мусором.
Ну вот отчего такая несправедливость?

Первый поцелуй


О поздравлениях с сочувствием

19.09.2015

Для разнообразия отпраздновал день рождения в одиночестве.
То есть, это не я так специально решил, а обстоятельства так сложились и моего желания не спрашивали.
Да и не праздновал, а названивал в различные здравнадзоры, горздравы и прочие фейковые учреждения, и про день рождения и не вспоминал.
Поэтому не могу определенно сказать, плох ли такой способ проведения, но удовольствия точно не приносит.
Хотя в действительности, всё это формальности и условности, любой праздник можно справлять когда угодно, хоть каждый день, астрономические и астрологические хитрости роли не играют, важно лишь состояние души.
Готовность её к размашистому разгулу или уютной радости на двоих, к чинному застолью или к развесёлой пирушке с друзьями, девочками и рок-н-роллом.
А день рождения не люблю уже лет сорок, потому как не вижу в нём никаких поводов для радости, если только один — что таки дожил.
Ну и есть ещё один побочный полезный эффект: ненавязчиво выясняется, сколько народу об этом ещё помнит, или хотя бы удосужилось ввести его в свои органайзеры и прочие напоминальники.
Правда, и этот результат не всех может порадовать.
А вообще, девять лет назад ещё написал:

После сорока с днем рождения надо уже не поздравлять, а сочувствовать.
После пятидесяти — соболезновать.
После шестидесяти — выражать радостное удивление.
После семидесяти, снова поздравлять. С тем, что дожил.
После восьмидесяти: «А как вам удалось!?»
После девяноста вообще ничего не говорить, чтоб не сглазить.
После ста, скрещивать пальцы, плевать через левое плечо и бормотать «Чур меня!»

День рождения, это весело


Не корысти ради

13.07.2015

Любопытно все это устроено.
Подавляющую массу добрых поступков люди совершают не бескорыстно, не по доброте душевной, — хотя они-то как раз уверены в чистоте собственных помыслов, — а из эгоистических побуждений, чаще всего не осознаваемых.
«По делам да воздастся. Добро всегда возвращается. Помогая другому грех с души снимаешь.»
Ну и так далее в том же роде.
То есть нас стимулируют делать другим добро, потому что нам самим будет от этого хорошо.
И всем нам знакомо «эгоистическое бескорыстие», когда сделал что-то доброе, и у самого настроение улучшилось, самооценка поднялась.
Так же, как и упорное сопротивление мыслям о личном эгоизме.
И это правильно.
Нам приятно чувствовать себя добрыми, хорошими, внимательными, благородными и бескорыстными.
Ключевое слово — приятно.
В конце концов, какая разница почему и зачем делать добро, главное — делать.
Врачи тоже не бескорыстно лечат.
И чем лучше лечат, тем меньше у них бескорыстия и тем больше личный достаток.
Но пациентам важен результат, а не мотивация.
Если, конечно, хватит средств расплатиться за сделанное добро.

Не корысти ради


Эпистолярный дзэн

07.06.2015

Я не веду оживленных переписок в силу разных причин.
Одна из них, это постепенная и все большая виртуализация собеседников, превращение их из существ материальных и реальных в продукт ментальной деятельности.
Когда собеседники со временем уподобляются литературным персонажам, начинающим вести собственную жизнь, независимую от воли и задумки автора.
Писатель задумывает персонажа с определенным характером, предполагая ему некую модель поведения, но со временем обнаруживает, что персонаж не желает поступать и выглядеть согласно авторской задумке, а желает он говорить и делать то, что ему, персонажу самому хочется.
Вот и с собеседниками примерно так же, только последовательность с точностью до наоборот.
Сперва ты общаешься, переписываешься с совершенно реальным человеком с собственным характером, узнаваемым лексиконом и манерой письма, с неожиданными выходками и собственными приключениями, которыми он делится вместе с различными своими соображениями, вы все это обсуждаете, и вообще рассуждаете о конкретных вещах и об отвлеченных материях.
Но через некоторое время общение закономерно затухает и превращается в почти односторонний акт.
Трансформируется в нечто вроде ментального секса в одиночку — и живого партнера нет, и удовольствия тоже нет.
Занятие нелепое, глупое и бессмысленное.
Общение, как и хороший секс, имеют смысл при полном непротивлении сторон, и только когда этих сторон не менее двух.
Одна сторона и в сексе и в общении, это что-то из дзенского коана о хлопке одной ладони.
Великим мастерам медитации это удается, да и то лишь после многолетних упорных практик с последующим просветлением и озарением.
Вот и приходится тренироваться.
Со временем настолько постигнешь буддистскую мудрость, что начнешь писать ответы не получая вопросов, станешь подробно отвечать на ненаписанные письма и внечувственно улавливать еще не пришедшие в голову собеседника мысли, комментируя их с присущим эзотерическим нежным сарказмом.
Если подумать, то в этом есть масса положительных сторон: никогда не зададут неудобного вопроса, отвечать можно на что хочется и как нравится, обидеть или задеть невозможно, и всегда можно спросить даму про объем груди и размер бедер, и самому же писать в ответ те цифры, что хочется увидеть в данный момент, а в качестве визуального подтверждения прикрепить фотографию какой-нибудь джессики-альбы на пляже в гавайях.
Так и общаемся.
Ом мани падме хум….

Zen Garden


Красота залпом

27.05.2015

Тоску можно разбавлять красотой для уменьшения терпкости и остроты.
А вот красоту лучше употреблять в чистом виде.
Мир она, может, и не спасет, но ежели вот так залпом, с выдохом ее принять, рукавом занюхать и глазами заслезившимися окрест глянуть, то жизнь точно лучше покажется.
А что еще надо?..

Красота залпом Photo by Menahem Kahana