О статистике и понтах с огурцами

13.01.2007

Если верить статистике, то афроамериканцев в США всего 13 процентов.
Но если верить кинематографу, музиндустрии и телевидению, то их там, ну уж никак не меньше 60-70 процентов.
Куда ни плюнь… в смысле пальцем ни ткни, непременно в черн… в негр… в афроамериканца попадешь. Попадешь, а он тут же примется растопыривать пальцы и кричать насчет ущемления прав, дискриминации, политкорректности и прочей ху… ерунды.
Нет, я нег… тьфу, афроамериканцев люблю. Не так, чтобы очень, а примерно, как в известной присказке: «Есть люблю, а так нет». Есть их я, правда, тоже не люблю, во-первых, потому что не пробовал, а во-вторых, потому что брезгливый. Это не к тому, что они грязные или вшами покрыты или еще что-то нехорошее — ни-ни! Это я о совершенно несъедобном, на мой вкус, цвете. И если курицу с синеватым отливом и фиолетовыми ножками я еще могу как-то съесть, принимая во внимание мое с курицами совместное советское прошлое, то все остальные цвета у меня точно организмом отторгаться будут. Хотя вот, говорят, что чахоточным больным врачи советуют есть мясо черномясой курицы. Что это за курица такая я не знаю, и знать, в общем, желанием не горю. Мне, слава богу, и обычных беломясых вполне хватает. Да если еще с чесночком да под майонезом… Ну, это я отвлекся. Так вот, по поводу негр… Да… Никак политкорректным быть не получается. Негром назвать нельзя, черным нельзя, африканцем тоже, а уж о ниггере и вовсе речи не может быть, засудят тут же со страшной силой на дикие бабки. Правда, не у нас. У нас проще. Сказал: «лицо африканской национальности», и все, не подкопаешься.
Или вот, скажем, мексиканцы которые в США живут. Ну в смысле латиноамериканцы. Или как там их политкорректно надо называть? А? Я не знаю, не обучен.
А арабы? (А уж этих как надо величать, мне что-то даже фантазии не хватает. Арабоамериканцы? Это вовсе какой-то горький сахар получается. Еще палестиноамериканцев для комплекта надо изобрести.)
Кстати, а евреев в америке как-то специально называют? Я имею в виду, политкорректно, а не так, как у нас. Евроамериканцы — это не то, а израилеамериканцы и язык не поворачивается выговорить.
Ну ничего, вот скоро руссоамериканцы понаедут, понаплюют, понаблюют, морды негр… В общем, всем морды набьют и пойдут голдой звенеть и пальцы растопыривать почище черно… лиц негритянской национальности.
Да и с неграми они сопьются. То есть споются. И будут в Америке черно-белые братки лиц всех прочих национальностей мутузить. Впрочем, своих тоже будут. И даже в первую очередь. Это у негров, если верить кино, все «Брат!» да «Брат!». А у нас все братья — сестры. В том смысле, что платить не будешь, получишь по самое не балуй во все места. Будь ты хоть трижды из раши.
Когда был ленин маленький, вернее, когда я был юн, свеж, бодр и красив, водились у меня в знакомых арабы и негры. Арабы были из Ливана. Ребята заводные, веселые, но очень вспыльчивые. Правда, и отходчивые. Никаких национальных вопросов мы тогда не понимали, в голове не держали, поэтому в компании с ливанцами портвейн пили и Женя Гольдштейн и Саша Волькензон. И несмотря на идущую тогда в Ливане войну с волькензонами, пили мы все вместе лихо и весело без перехода на лица. Любой национальности.
А вот негры, то есть лица африканской национальности, были совсем другими. Они все время ото всех отпочковывались и кучковались своей компанией. Любимое занятие у них было, это звенеть понтами. Понтовали они всем, чем только могли. Могли, в основном, жевательной резинкой Риглис и штанами Левистросс, которых тогда в советском союзе у белых людей не было, а были только у негров. Ну, у арабов еще встречались. Не говоря, конечно, о некоторых очень отдельно взятых белых гражданах российской национальности, которые имели валютные чеки и доступ в магазины «Березка».
А лиц африканской национальности очень раздражало то, что понтовать рэнглерами с левистросами и рубашками апаш с огурцами у них получается, а вот портвейн с водкой и пивом они так пить не умеют, как умели наши простые русские парни Женя Гольдштейн, Саша Волькензон и Вова Гуркин. Ну и я еще, конечно. Негры африканской национальности очень этому завидовали и иногда уходили в лесополосу тренироваться. После тренировки, обычно, приходили сильно битые и с тяжелым алкогольным отравлением. Били их простые русские гопники, которые в той же лесополосе тренировались в потреблении алкоголя с детства и терпеть рядом с собой каких-то чернокожих молокососов никак не могли и не хотели. Ну и били их почем зря, несмотря на понты чернокожих братьев, которые пытались махать руками и ногами а-ля брюс ли. Тогда наши гопники и урела никаких брюсов ли не знали, а потому все это размахивание конечностями на них не действовало. Просто давали батлом по тыкве и все.
В общем, так наши чернокожие братья африканской национальности ни разу нас и не победили в плане пития портвейна, водки, пива, вермута «Розовый» и прочих спиртосодержащих жидкостей. Зато ходили в штанах рэнглер и рубашках апаш с огурцами.
На этом мой опыт общения с лицами арабской и африканской национальности и закончился. Больше как-то не приходилось сталкиваться.
Ну, я думаю, что и хорошо. А то ляпнул бы что-нибудь не политкорректное, обидел бы еще. А зачем мне это надо?


О местной фауне

12.12.2006

День у меня сегодня был сумасшедший, весь в поездках, в отстаивании очередей, лихорадочных сетевых поисках и звонках в промежутках между бегом по промозглым улицам. Но интересно не это, а то, что с самого утра мне в огромных количествах стали попадаться бомжи и прочие алкогольно ущербные личности.
Еще не успев выйти из дома, глянув в окно увидел лежащего по середине дороги, на зебре, расхлюстанного персонажа. Сперва решил, что очередная жертва наших отмороженных водителей, но потом заметил двух похожих персонажей, которые поддерживая друг друга, пытались преодолеть бордюр газона. Выглянув попозже, увидел, что народ идет по зебре не особенно обращая внимания на распластанное тело, а само тело предпринимает слабые попытки к шевелению. Машины тело аккуратно объезжали, а друганов видно уже не было. Видимо, они успешно преодолели бордюр и пошли дальше по своим алкогольно-бомжовым делам.
Когда через полчаса я вышел на улицу, то между гаражами-ракушками заметил этих двух приятелей, которые уютно расположились прямо на земле и сладко спали насыщая атмосферу парами переработанного спирта и разложившегося пота вперемешку с застоявшейся мочой.
А когда дошел до перехода, то увидел и знакомое тело, которое, видимо, собрав последние силы доползло до тротуара и там же и осталось мешая машинам и прохожим. Впрочем, всем водителям и прохожим, включая и меня, было пофигу и само тело и его будущее. И без того почти каждый день на такие тушки натыкаешься. То у магазина, то у подъезда, то где-нибудь на газоне или просто на асфальте. Привыкли уже. Элемент пейзажа. Район у нас что ли такой?
Когда чуть позже ехал в троллейбусе, еще одна вымазанная и измятая тушка валялась в углу у задней двери. Как она, тушка, прошла через турникет, и откуда взяла на это пятнадцать рублей, ума не приложу.
Еще два бездомных и в хлам пьяных тела в растерзанном и грязном тряпье попались уже в метро. Имея вид убитых выстрелом в упор, тела валялись на сиденье и свесив с него мослы в каких-то опорках, благоухали так, что вся эта половина вагона была пуста.
В одном из присутственных мест, где мне надо было побывать, от окошка к окошку неверно перемещался точно такой же фиолетового-синего цвета персонаж, мыча что-то инвективное, пуская слюну и издавая такой густой букет самых разнообразных ароматов, что даже тетки за окошками, в конце концов не выдержали и вызвали из недр учреждения хмурого охранника, которому явно не светило не только выволакивать тушку на улицу, а даже приближаться к ней ближе чем на пару метров.
И наконец, когда я уже окончательно возвращался в темноте домой, чуть не доходя до подъезда еле успел подпрыгнуть, чтобы не наступить на еще одного мирно спящего на асфальте персонажа.

Ну, то есть, я уже давно привык к тому, что раза два в месяц от дверей магазина увозят не успевших опохмелиться и там же окочурившихся граждан, но чтобы в один, да столько… Правда, я не знаю, сколько из них уже сожмурились, а сколько еще нет, но в любом случае, это все же перебор.
Видимо, это третья неделя отсутствия солнца так сказывается на народонаселении.
Пьют, как лошади и мрут, как мухи.
Такая вот фауна.

Бомжи


Об очаровательных глазках и авторских правах

24.05.2006

Вроде, не первый раз замужем и можно было бы привыкнуть, но все равно каждый раз досада и злость разбирают.
Снова знакомые прислали ссылку на сайт издательства, где лежат материалы с нашего сайта без какого либо упоминания источника. Снова взяли и нагло сперли весь мой текст подчистую. Даже слова местами поменять не потрудились, чтоб хоть не так явно было. Лениво им, видимо.
Правда, в этот раз ребятам все же пришлось немножко потрудиться, и часть материала содрать с какого-то другого сайта, потому что, как недавно попенял мне господин Phil, материалов об обкуривании трубок у меня нет. Ну забыл, каюсь и обещаю исправиться.
Обычно на мои письма с напоминанием о необходимости ссылаться на источник отвечают быстро, присылают извинения и ссылку ставят. Но что любопытно: за время существования сайта, а это лет пять-шесть, заметил закономерность: чем крупнее, солиднее и пафоснее контора, чем больше на фотографиях сотрудников галстуков и пиджаков, тем наглее и беспардоннее их отношение ко всем, кроме себя, любимых.
Не все, не все такие, но из крупнобюджетных 90 процентов именно таких.
Куда как приятнее и проще общаться с каким-нибудь сайтом, где всего два автора, они же владельцы, они же директора, заместители директоров, руководители проекта, главные и выпускающие редактора, корректоры, наборщики, дизайнеры-верстальщики, и рекламный отдел, и отдел распространения и хрен знает кто еще.
Ну закрутились, забыли ссылку поставить, бывает. Напишешь им, напомнишь, ребята извинились, миром все уладили, друзьями расстались.
А в эти жирные как заглянешь на страницу контактов так ахнешь: директор на директоре сидит, заместителем руководителей погоняет. А там еще начальники отделов жирными стадами плавают, заместители начальников не знают куда тушку приткнуть, еще какие-то чиновники пожиже разбрелись по всей площади, менеджерами все кишмя кишит, а внизу где-нибудь скромно притулились пара верстальщиков, дизайнер, да одинокий корректор.
И хоть бы какая собака ответила. Нет, они все жутко заняты дико важными делами и им вообще не до тебя с твоими вздорными претензиями. Они бабло стригут и делают карьеру.
Ну туда им и дорога.
Вот и в этом издательстве глянул на контакт-лист: мужики в пиджаках, галстуками рубашки держат, глядят серьезно, солидные такие — не подойди.
А дамы, как на подбор, будто их с конкурсов красоты туда набирали. Даже неловко вот такой вот даме, вместо того, чтоб ручку целовать и в любви объясняться, приставать с глупыми претензиями. На фото гляжу, сердце кровью обливается, хочется послать ей что-нибудь такое про фиалки, про прогулки под луной, про красивые губки и очаровательные глазки и вообще взять, и просто пригласить на скромный фуршет под тихую музыку.
Нет, правда, без иронии — девушки там сногсшибательные: красивые, милые, с чудным улыбками. И правда, с удовольствием пообщался бы в неофициальной обстановке без разговоров о чьих-то там авторских правах и прочих глупостях.
Но никуда не денешься, приходится писать именно про этот самый вздор, потому что злой я и сварливый, и терпеть не могу, когда мною пренебрегают. Пусть даже и такие прелестные создания с фиалковыми глазами.
И хотя 90 процентов за то, что даже отписки не пришлют, все равно сижу, клацаю клавишами и грязно ругаюсь. А что поделаешь? Как кто-то где-то когда-то говорил: «Не могу молчать».
Противно и брезгливо.


Пешеходное

01.02.2006

Как я вас не люблю. Ненавижу просто.
Ездют тут, ездют все, проходу не дают.
Ш-ш-и-их! Стоишь на переходе весь в грязи, а он уже где-то там у горизонта эмалью блестит, сволочь.
Мне оружие нельзя в руки давать.
Вот именно мне, именно никак.
Я же из него стрелять начну и все по вам, по вам, по вам…
Однажды стрелял, но не попал, и не убил. А жаль.
Европы на вас нет, законов и полицейских ихних на вас всех нет.
Разжирели тут на гаишной жадности и малоумии, ни правил для вас, ни законов, ни просто ума с порядочностью в голове.
Ни хрена у вас нет, кроме табуна под капотом и отгороженности от всех тонированными стеклами.
Чего прячетесь?
Стыда у вас нет, страха нет и ездите не голые вроде.
Чего ж личико прячете?
Гюльчатай, сволочь, открой личико, сука.
Дай я тебе в него дам от души, с размаху, с придыханием в середине и довольным уханьем в конце.
Ты его так и так потом об лобовое сплющишь, так хоть я успею душу отвести.