Есть, есть еще у нас в верхах отдельные граждане, которых необходимо с треском, писком, визгом и попердыванием спустить с карьерной лестницы.
Чтобы всю оставшуюся жизнь в переходе на Арбатской гривенники собирали под жалостливую песню «У кошки четыре ноги» с баяном, гармошкой и бубенцами.
Только вот тогда не только переход, а от кремля до кутузовского все будет забито плотными толпами этих отдельных граждан и они снова будут нам мешать.
Может их сразу на шахту Распадскую чтоб не мешали?
Или чтоб летали на кукурузниках лес тушили и помогали нашим китайским фермерам помидоры на вечной мерзлоте выращивать.
Для снабжения нас продуктами питания, а не продуктами переваривания этих продуктов.
Пользы от них, может, и не много будет, но хотя бы вреда не принесут.
Я чего-то не понял, сейчас же не первое апреля, нет?
Эпидемии шизофрении в стране нет?
Идиоты со слюнявыми ртами по улицам гуртами не ходят?
Или, может быть, на нас газ какой-нибудь оглупляющий пустили?
Или в водопровод отвар мухоморов добавляют, а?
Лучи одебиливающие на нас не испытывают, не знаете?
А то , что сижу и думаю — то ли меня на галлюцинации пробило, то ли редакция кактусов наелась, то ли в АПЭ ядерную дурь курят и ацетоном запивают.
Вы не в курсе?
Есть такой британский писатель индийского происхождения, лауреат Букеровской премии Салман Ружди.
В 1988 году он имел неосторожность написать книгу «Сатанинские стихи», в которой якобы задевает чувства верующих мусульман тем, что один из персонажей книги будто бы списан с пророка Мухаммеда.
После чего иранский аятолла Хомейни — что-то вроде нашего патриарха — возбудился к активности, проклял мерзкого бумагомараку страшными мусульманскими проклятиями, приговорил его к смертной казни, и призвал мусульман всего мира этот приговор привести в исполнение.
Салман Ружди, не будь дураком, и зная повадки исламских православных, или говоря иначе, правоверных мусульман, немедленно скрылся и скрывается до сих пор, появляясь на людях лишь изредка и всегда неожиданно.
И его можно понять.
Британия из-за этой истории разорвала дипломатические отношения с Ираком, а вся прогрессивная мировая общественность вместе с тогдашней российской общественностью возмутилась и осудила все это религиозное мракобесие.
Позже Британская королева присудила Салману Ружди рыцарский титул, а через год интернет-сообществом он был признан лучшим среди лауреатов букеровской премии за все 40 лет её существования.
Букера, он, кстати, получал четырежды.
Я не любитель магического реализма и вообще всяческой мистики в литературе.
Как не уважаю и пошлое, тупое и дурковатое оригинальничание, выдаваемое за модернизм, авангардизм, концептуализм и хрен знает, за что еще.
Но.
И тут главное, это самое «но».
Писать сомнительные книжки и пачкать красками кусок картона, это глупость и бездарность.
Но бегать с кривым кинжалом за Ружди или нацепив бороды и черные майки с черепами крошить выставки, это мракобесие и уголовщина.
Преследование за картинки по суду, это уже государственное мракобесие и уголовщина.
А мы, россияне, .
Даже сразу целых двух.
И думаю, на двух дело не закончится, как не с них оно и начиналось.
С чем, собственно, и хотелось бы поздравить всех россиян в это жаркое лето.
Жуть что жара с людьми делает.
Тут, правда, один нюанс.
Наш человек и от стужи и от зноя одним спасается.
И вообще от всего у нас одно лекарство.
Это разные буржуи и пиндосы все панацею ищут и найти не могут, а мы только ей и лечимся.
Оттого и выглядим так и живем так же и будущее у нас светлое, как пузырь косорыловки.
Ну а поскольку и к панацее уже давно привычка выработалась на генном уровне и в метаболизм она включилось, то дозировку не всегда удается правильную выдержать.
Стараемся, но вот не всегда получается.
Но все равно во всем виновата жара.
И происки мировой закулисы.
Как же мы без закулисы-то…
Вот и на фото затесались ее гнусные агенты с целью дискредитации, очернительства и обильного полития грязью.
Солнце жарит и запекает до румяной хрустящей корочки.
В теле общая клиническая вялость всего организма, включая головной мозг, которым и думаю, когда это удается.
Ничего не хочется, ничего не можется, а хочется и можется только плюя на все мочить голову под холодным краном и лежать в радиусе поражающего действия вентилятора.
Компьютер стоит раздетый догола, светя всеми своими причиндалами под еще одним вентилятором и все равно виснет и тухнет с завидной регулярностью и незавидной частотой.
Черной завистью завидую черному населению черной южной африки, где всего десять градусов жары.
И где справедливость?
Им все равно, они черные и к пеклу привыкли, они с детства в нем живут, ничего другого не знают, и сорок в тени переносят замечательно.
А мы — белые. Мы две трети года в снегу по уши проводим.
Нам такой африканский климат категорически противопоказан.
У нас организмы не жаропрочные, а морозоустойчивые. Это же понимать надо.
Бермуды приходится все чаще заменять на короткие шорты, купленные походя в секонд-хенде за смешные деньги.
В совке меня бы за такие шорты побили арматурой и сдали бы в отделение за нарушение общественной морали, разжигание ненависти, развращение пенсионеров и циничный вызов всем устоям социалистического строя.
А нынче такие шорты можно даже назвать образцом хорошего вкуса и примером целомудренности.
То есть на фоне того, в чем ходит подавляющая масса населения обоих полов.
Дикие полосатые мужские трусы советского покроя и попугайской расцветки на волосатых ногах.
Вываливающиеся из расстегнутой гавайки лоснящиеся животы необъятных размеров.
Идиотские белые гольфики на мохнатых ногах во вьетнамских шлепанцах.
У дам качающиеся ягодицы в белых плотно обтягивающих брючках, прыгающие вторичные половые признаки в прозрачных маечках на голое тело.
Выпирающие отовсюду, кокетливо прикрытые ситцем и бязью старческие жировые складки.
Живописное бомжовое тряпье, оранжевые рабочие безрукавки на потных телах, засаленные майки-алкоголички и так далее и тому подобное.
И вообще, наших во что ни одень, все равно гопниками выглядят.
Хорошо, тем, у кого по близости есть всяческие фонтаны, пруды и бассейны.
У меня, кроме заросшего тиной, пустыми бутылками и старыми покрышками пруда ничего подобного в пределах досягаемости нет.
Приходится довольствоваться холодным душем, хотя это, конечно, совсем не то.
Сдуру решил по старой привычке пройтись босиком, но быстро понял, что не достиг того уровня йогизма, чтобы бегать по жаровне.
И вообще, это уже выходит за все рамки приличия.
Только вот жаловаться не на кого и некуда.
Изведут нас всех, как тараканов.
Сами-то тараканы не дураки, они давно уже из Москвы сбежали.
Остались только блохи и клопы.
Ну моль еще вроде водится.
Так вот и останутся в москве только клопы с блохами, да негры с китайцами.
А все прочие растают и испарятся.
Может быть, в этом и есть сермяжная правда…
Вопиющая расточительность.
Бестолковое распределение ресурсов.
Бессмысленная трата водных запасов.
Кому в голову пришло воду водой поливать, а?
Ну ни стыда ни совести.
Одним все, другим ничего.
Причем, тем, которым все, это тоже не надо.
Они от этого всего не знают куда деваться и с удовольствием махнулись бы с теми, у кого этого нет.
Ну, например: «Меняю ливневые дожди на иссушающую жару».
Охотников много нашлось бы.
Я, например.
Но ливневые дожди тоже все время ни к чему.
Поэтому нужно вовремя подсуетиться и махнуться ими с кем-нибудь на мягкое летнее солнце с временными осадками.
Но у нас же ни в чем удержу нет.
Либо так либо эдак, и никогда посередине.
Из огня да в полымя.
Вот наверняка же после этого пекла наводнение начнется.
Да не просто так, а с грозами, градом и ураганом.
Все посносит.
Подчистую.
Будет одна большая лужа.
В которой мы все и находимся уже сейчас, но пока об этом не знаем.
Только отдельные очень догадливые и предусмотрительные граждане уже запаслись надувными лодками, спасательными жилетами и строительными касками.
Остальные смотрят на них, как на сумасшедших, крутят пальцами у виска и весело хихикают.
Ну хихикайте, хихикайте.
Придется еще этим ноям последнее отдавать за транспортировку своих тушек на большую землю.
Вот тогда они будут хихикать.
Хорошо смеется тот, кто смеется последним.
После него уже никто не смеется.
Некому уже.
Подпишись на RSS