Cocteau Twins. Поминальная

Небезинтересная статья для любителей Cocteau Twins.
Внизу выложил четыре композиции из любимого альбома «Four-Calendar Cafe».
И, как всегда, все добавлено к плейлисту Pepsi-Radio.

Cocteau Twins

Cocteau Twins. Поминальная

В феврале 1998 года, остановив работу над очередным альбомом, тихо и спокойно распалась группа Cocteau Twins. Объяснений для прессы не последовало, как, впрочем, их не было и в предыдущие годы - ни по поводу концертов, ни по поводу пластинок, личной жизни, творческих планов и всего того, что обычно интересует прессу и слушателей. Группа осталась верной себе до конца - одна из самых "молчаливых" звезд в шоу-бизнесе погасла беззвучно, а ее прекрасная история завершилась прекрасным же образом. Люди просто отложили инструменты, выключили аппаратуру, закрыли студию и разошлись в разные стороны.

Их музыка была и остается Волшебством, которое описать под силу скорее поэту, нежели журналисту. Если вам действительно никогда в жизни не приходилось слышать Cocteau Twins, раскройте «Одиссею» Гомера в том месте, где речь идет о сиренах. Есть подозрение, что именно так звучал их прекрасный и гибельный для моряков остров, который древнегреческий герой умудрился миновать, лишь привязав себя к корабельной рее и залепив своей команде уши воском. Что до автора этой статьи, то ему выплыть не удалось, и он до сих пор находится в плену сладчайшей ассоциации: гитары и бас Робина Гатри и Саймона Реймонда — пологие и медленные волны, с глухим рокотом переворачивающие прибрежные валуны и с шипением разбивающиеся о скалы, с которых звучит абсолютно божественный (без дураков!) голос Лиз Фрейзер. Такая вот нечеловеческая музыка. Красота да и только.

Примерно такими же словами и эмоциями захлебывались самые восторженные газеты и фанаты, обсуждая творчество Cocteau Twins все 80-е и 90-е годы последнего столетия. Мистическое, потустороннее, загадочное, волшебное -эпитеты, которые употреблялись чаще других. Слушатели поспокойнее выражались более сдержанно: «пост-панк, альтернатива, немного эмбиента, дрим-поп». Но слово «круто» употребляли все. А то, что Cocteau Twins стали одной из landmark-групп музыки 80-х годов -так об этом сразу написали все энциклопедии тех времен, да и по сей день свое мнение они не изменили. И все, как один, подозревали группу в недосказанности, мессианстве, шаманстве и всяком таком Непознанном.

Масло в костер поклонников Тайного Смысла и любителей Загадочного группа подливала невольно. Отмалчиваясь в прессе, отыгрываясь на альбомах и концертах, группа вовсю, можно так сказать, «отрывалась» на текстах. Если, к примеру, для понимания песен нашего великого мистификатора Б.Б.Г. необходимо прочесть ряд книг, выучить английский язык и прослушать на нем ряд песен определенных групп, и к тому же попытаться представить, что именно слушает и читает Гуру в настоящее время, то понять смысл текстов Cocteau Twins слушателю не было ну просто никакой возможности.

Слова из разных языков, фразы, фонетически подходящие друг другу, но лишенные какого-либо смысла, «прекрасная бестолковщина» — Лиз Фрейзер, автор всех текстов группы, свои песни сочиняла именно так. Впрочем, пардон, смысл, естественно был, просто улавливать его нужно не только и не столько разумом, сколько сердцем. «Что с того, если люди будут знать конкретное значение того или иного слова в моих песнях? — как-то сказала она. — Люди вообще почти все время все понимают неправильно. Так что знание слов ничего не даст. Я могу их объяснить, могу рассказать, что я в них вкладываю, но зачем? Все должно быть ясно и так». А потом добавила: «Я наверное, как полная дура говорю, да?». И смутилась.

Кстати, ни на одном альбоме СТ, кроме первых двух, вы не найдете тексты в буклетах. Одно время японцы, издававшие пластинки Twins у себя, на свое беззаботное и восторженное японское усмотрение печатали тексты песен на конвертах пластинок… Самостоятельно, по принципу «как слышится — так и пишется». Можно себе представить, во что превращались слова в японском понимании английского языка, непонятного самим англичанам.

В полутора десятках интервью, которые Cocteau Twins дали за 18 лет своего существования, вопросов больше, чем ответов. Если, конечно, можно считать ответами шутки, прибаутки, неопределенные мычания и бесконечные переводы разговоpa на другие темы. «Говоришь, мы культовая группа? Хм, культовая — это просто значит не особенно успешная, хе-хе. Давай-ка лучше выпьем», — предлагает Робин Гатри очередному интервьюеру, скажем, из лондонских «Details».

«А вы в курсе, что люди считают ваши альбомы идеальным музыкальным фоном для занятий сексом?» — обращается интервьюер к Лиз Фрейзер. «Да, я слышала. Вообще, я в это поверить не могу. Надо же! Хотя… пусть уж лучше они детей под нашу музыку делают, чем помирают под нее, верно?» — говорит Лиз и, очаровательно улыбаясь, разливает чай по кофейным чашкам и обратно в чайник. «Вот, деревня шотландская, — улыбается Робин, с нежностью наблюдая за Лиз. — Ну смотри, что ты делаешь. Эту девушку (обращаясь к интервьюеру) можно увезти хоть на другой конец земли, но Шотландию из нее не выбить. Шотландия, знаете ли, это такая дырааа». «Да, да, — подхватывает Лиз, — настоящая деревня. Там могут запросто побить, если у вас волосы не той длины или вы одеваетесь не так, как все». Ну скажите, можно серьезно разговаривать с этими людьми? Кстати, про побои — не вранье. Кем могли быть вконце 70-х годов 17-18-летние Лизи Робин, кроме как панками? Робин ходил с прической, по сравнению с которой «взрыв на макаронной фабрике» — цветочки, а Лиз носила свитер, из которого сердито топорщились обглоданные куриные кости.

Что мы знаем о Cocteau Twins наверняка? Что название для группы они взяли из песни с первого альбома Simple Minds. Песня называется «No Cure», но первоначально она звалась «Cocteau Twins» и якобы была посвящена двум близнецам, страстно и безнадежно влюбленным во французского поэта, художника и авангардиста Жана Кокто. Кстати, еще один Знак для любителей мистики и ироничных перстов судьбы: сами Simple Minds взяли свое название из песни Дэвида Боуи «The Jean Genie», посвященной, как известно, другому французскому поэту и авангардисту Жану Жене, чьим литературным крестным отцом был… Жан Кокто. И еще одно «кстати». Самое знаменитое литературное произведение Кокто «Les Enfants Terribles» повествует о двух братьях и сестре по имени Лиз, создававших альтернативную реальность. Вот это мистика. «Да ну, — отмахивается Гатри. — Когда мы создавали группу, это было просто название, оно нам понравилось и все. Это потом все вы, журналисты, накопали и напридумывали». Копаем и придумываем, да, ваша правда, — наша работа.

Что мы еще знаем о них? Что их любят Принс, Боуи, Бой Джордж, Мадонна и обожает Роберт Плант. Что на самом деле в них нет ничего мистического и загадочного, они вполне обычные люди, которые с гораздо большим удовольствием говорят о других музыкантах, чем о себе. Что в наступающем году Лиз Фрейзер исполняется 40 лет (тс-с, никто не должен знать!), и у нее две дочери — Люси Белла, которая живет со своим отцом Робином Гатри, и Лили, которая живет с Л из и ее нынешним мужем Дэймоном Рисом из группы «Волчий вой». Что Робин Гатри и Саймон Реймонд руководят небольшой инди-студией «Bella Union», на которой записывают артистов, чьи имена ничего не скажут отечественному слушателю. Что после распада Cocteau Twins Лиз Фрейзер выпустила всего один сольный альбом «Underwater» тиражом 200 экземпляров и только на виниле, а ее бывшие соратники оказались более плодовиты — два альбома у Реймонда и два у Гатри. Что каждый из троицы весьма востребован профессионально: Робин и Саймон — как продюсеры, а Лиз, естественно, как вокалистка — можно вспомнить хотя бы «Teardrops» из «Mezzanine» Massive Attack, «OVO» Питера Гэбриэла или саундтрек «Lord Of The Rings» (кому еще как не Энии да ей петь эльфийские песни?).

Еще мы знаем, что их больше нет. «All beauty must die», — приговаривал один из любимейших артистов СТ Ник Кейв, вкладывая розочку в зубы невинноубиенной Кайли Миноуг. Ничто не длится вечно, тем более нечто столь красивое и изящное, как музыка трио шотландских «Близнецов Кокто» — Элизабет Фрейзер, Робина Гатри и Саймона Реймонда.

Однако есть утешение. Все-таки полтора десятка альбомов, и из них ни одного «плохого» (в том самом прямом и убийственном смысле, который отправляет пластинку в утиль после одного прослушивания) — это не так мало. К тому же, есть постоянная творческая активность всех троих. И есть надежда, что «в течение ближайших десяти, ну или, ладно, двадцати лет состоится триумфальное воссоединение Cocteau Twins, xe-xe», — Робин Гатри.

Насчет воссоединения, это, понятно, вилами по воде, но, что мы знаем совершенно доподлинно, так это то, что, когда корреспондент тех же «Details» в 1991 году пришел к Лиз Фрейзер в номер нью-йоркской гостиницы попрощаться после серии бесед для интервью, он обнаружил ее с аппетитом уплетающей пиццу какой-то очень странной ложкой. «Ложка у тебя похожа на рожок для обуви», — попробовал пошутить корреспондент. Лиз удивленно посмотрела на него, дескать «ну и что», пожала плечами и вернулась к трапезе.

Между прочим, это действительно был рожок для обуви.

Дмитрий Аношин,
«Play»,
№ 1-2, 2003

Cocteau Twins - My Truth

Cocteau Twins - Pur

Cocteau Twins - Theft And Wandering Around Lost

Cocteau Twins - Evangeline

Facebook Twitter Yandex Evernote del.icio.us News2.ru Memori.ru Вконтакте.ru МойМир.ru

Оставить комментарий

Ваш первый комментарий модерируется, поэтому появится не сразу.
Комментарии со ссылками проходят модерацию обязательно.
Комментарии, где в поле имени прописан ключевик, реклама, слоганы — удаляются.