Еще раз про Нью-Йорк

27.05.2013

Это уже третий пост о Брэндоне Стэнтоне и проекте «Люди Нью-Йорка». Первая подборка называлась «Не пожилые, а вдоволь пожившие», вторая — «Персонажи Нью-Йорка».
Так что это уже третья подборка из наиболее понравившихся мне фотографий Humans of New York. Надеюсь, будут и еще.

Humans of New York, Еще раз про Нью-Йорк

— Когда мне становится паршиво, я начинаю размышлять, за что мне стоит благодарить Бога. И всякий раз первым оказывается мое здоровье.

Персонажи Нью-Йорка +39


Персонажи Нью-Йорка

18.05.2013

О Брэндоне Стэнтоне и его проекте «Люди Нью-Йорка» я уже рассказывал. Проект развивается, Брэндон дает огромное количество интервью, недавно был на TED. Словом все у него складывается удачно. Хорошо бы и дальше так шло.
Ну, а я выкладываю вторую подборку наиболее удачных и интересных, на мой взгляд, фотографий из Humans of New York.

Humans of New York, Персонажи Нью-Йорка

— Сфоткай меня с этим мотоциклом, а?
— Это твой?
— Неа.

Персонажи Нью-Йорка +39


Не пожилые, а вдоволь пожившие

11.05.2013

Брэндон Стэнтон (Brandon Stanton) ежедневно выходит на улицы Нью-Йорка и фотографирует людей, независимо от того, живут ли они там или приехали из других городов и стран. С каждым он пытается завести разговор, просит что-то рассказать о себе. Не со всеми это удается, но чаще всего люди отвечают хотя бы парой предложений.
Мне очень нравится этот проект и исключительно ради него даже завел аккаунт на Tumblr, куда захожу пару-тройку раз в неделю. Брэндон постоянно добавляет новые фотографии и выкладывает новости проекта. О том, в частности, что «Humans of New York» получил очередную награду. В этом году их было уже две. Может быть, и три.
И я буквально влюбился в нью-йоркцев. Во всяком случае, в большинство из тех, что сфотографированы Брэндоном. Кстати, если зайдете на сайт проекта, увидите необычное для россиян количество инвалидов-колясочников. Это не от того, что в Нью-Йорке процент инвалидов больше, чем, положим, в Москве или Питере, а потому, что инфраструктура там приспособлена под их нужды и специфику — везде пандусы, специальные подъемники и лифты, учреждения, кафе, транспорт адаптированы. Вот и выходят люди на улицу, прогуливаются в парке, даже будучи ограниченными в физических возможностях. Рад за них. И обидно за наших.
Планирую сделать несколько подборок фотографий Брэндона, но там уж как получится. А пока совсем небольшая подборка очень симпатичных пожилых людей. Или как написано в заголовке, не пожилых, а вдоволь поживших. Мне такое определение кажется более правильным и подходящим.
Уровень незнания английского сильно затруднил перевод, но надеюсь, он все же адекватен смыслу и сути оригинала.

C сайта проекта «Humans of New York»:
«Меня зовут Брэндон, проект «Люди Нью-Йорка» я начал делать летом 2010 года. Я подумал, что было бы интересно провести некую фотоперепись жителей Нью-Йорка. Мне показалось, что сделать исчерпывающий каталог населения города будет действительно круто. Сначала я решил сделать фотографии 10 000 нью-йоркцев и разместить на карте города. Несколько месяцев я этим плотно занимался, но потом планы изменились. Во время съемок я разговаривал с людьми и решил записывать их рассказы и высказывания, которые при публикации вставлял под фотографиями. Все вместе это составило постоянно обновляемый блог, который посещает множество людей. На Facebook и Tumblr количество подписчиков перевалило за миллион. Так что теперь с помощью проекта «Humans of New York» аудитория всего мира может узнать о жизни людей в этом городе.»

Humans of New York

Я увидел этого человека на 7-й авеню в Парк-Слоуп. Он стоял, тяжело опираясь на трость, опустив глаза и с гримасой на лице. Посочувствовав ему, я улыбнулся и помахал рукой. Лицо его тут же загорелось, он широко улыбнулся и радостно поприветствовал меня в ответ. Он показался мне человеком, не искавшем специальных причин, чтобы быть счастливым.
Пройдя метров 50 я развернулся и снова подошел к нему. «Я хотел бы сделать вашу фотографию, — сказал я ему, — потому что вы так искренне улыбнулись, когда я проходил.»
Он ответил: «Я увидел, что кто-то совершенно незнакомый улыбнулся мне и захотел ответить добром».

Люди Нью-Йорка + 43


Рамштайн зарубежной эстрады

22.04.2013

Александр Пушной.
Телеведущий, шоумен и музыкант.
В качестве шоумена он, в общем, на месте — говорлив, раскован, находчив.
А вот музыкальные его экзерсисы абсолютно загадочны для меня.
Владение инструментом, умение аранжировать, хороший голос, артистизм, плотный густой звук.
А музыки — нет.
Нельзя же таковой считать перепевки «Валенок» и каких-то еще русских народных песен в стиле Рамштайн.
Или рок-обработки попсы семидесятых годов.
То есть Пушной с компанией, абсолютно лишены индивидуального.
Кажется, что они сами не знают, чего хотят, хотя технически могут, наверное, многое.
У рамштайна взяли звук, набрали с бору по сосенке песен и поехали стричь капусту.
Ну, так это выглядит, хотя возможно, они делают это от души и с удовольствием.
А ведь даже та самая голимая попса была узнаваема, имела, пусть и обрыдлое, но свое лицо.
Пушной в этом смысле идет по пути советской фирмы грампластинок Мелодия, штамповавшей пластинки вроде «Мелодии зарубежной эстрады», где как попало были свалены в кучу полтора десятка песен, от Радмилы Караклаич до Дина Рида с Джорджем Харрисоном.
Неуклюже как-то и бессмысленно.
Это и о Мелодии и о Пушном.
Обидно, поскольку талант есть, а выхлопа нет.

Рамштайн зарубежной эстрады


Читатник дао - Куприн "Немножко Финляндии"

06.02.2013

Помню, лет пять тому назад мне пришлось с писателями Буниным и Федоровым приехать на один день на Иматру. Назад мы возвращались поздно ночью. Около одиннадцати часов поезд остановился на станции Антреа, и мы вышли закусить. Длинный стол был уставлен горячими кушаньями и холодными закусками. Тут была свежая лососина, жареная форель, холодный ростбиф, какая-то дичь, маленькие, очень вкусные биточки и тому подобное. Все это было необычайно чисто, аппетитно и нарядно. И тут же по краям стола возвышались горками маленькие тарелки, лежали грудами ножи и вилки и стояли корзиночки с хлебом.
Каждый подходил, выбирал, что ему нравилось, закусывал, сколько ему хотелось, затем подходил к буфету и по собственной доброй воле платил за ужин ровно одну марку (тридцать семь копеек). Никакого надзора, никакого недоверия. Наши русские сердца, так глубоко привыкшие к паспорту, участку, принудительному попечению старшего дворника, ко всеобщему мошенничеству и подозрительности, были совершенно подавлены этой широкой взаимной верой. Но когда мы возвратились в вагон, то нас ждала прелестная картина в истинно русском жанре. Дело в том, что с нами ехали два подрядчика по каменным работам. Всем известен этот тип кулака из Мещовского уезда Калужской губернии: широкая, лоснящаяся, скуластая красная морда, рыжие волосы, вьющиеся из-под картуза, реденькая бороденка, плутоватый взгляд, набожность на пятиалтынный, горячий патриотизм и презрение ко всему нерусскому — словом, хорошо знакомое истинно русское лицо. Надо было послушать, как они издевались над бедными финнами.
— Вот дурачье так дурачье. Ведь этакие болваны, черт их знает! Да ведь я, ежели подсчитать, на три рубля на семь гривен съел у них, у подлецов… Эх, сволочь! Мало их бьют, сукиных сынов! Одно слово — чухонцы.
А другой подхватил, давясь от смеха:
— А я… нарочно стакан кокнул, а потом взял в рыбину и плюнул.
— Так их и надо, сволочей! Распустили анафем! Их надо во как держать!

Александр Иванович Куприн. Немножко Финляндии. 1908 г.


У дождя лицо больного и мудрого ребенка

04.01.2013

Ссылки на источники в конце записи.

Соня Шаталова живёт в Москве. Она больна аутизмом, не умеет разговаривать, может совершать только монотонно-однообразные движения, во время общения с ней никак не реагирует, полностью отстранена и неконтактна.
Врачи выносили диагноз: «Глубокая умственная отсталость». Так было до тех пор, пока у семилетней Сони не оказалась ручка, а мама не прикоснулась в этот момент к Сониной руке. И Соня начала писать.
Да, оказалось, что Соня умеет читать и писать, у неё абсолютная грамотность, фотографическая память и непостижимые познания о нашем мире.
Некоторые врачи очень долго не могли в это поверить. Сложно увидеть в ребёнке, который может издавать только невнятные звуки, часами кричит и даже не может самостоятельно ложку донести до рта что-то разумное.
Однако, прочитав то, что пишет Соня своим детским почерком, вы поймёте, что вряд ли мы вообще что-то знаем о разуме.
Соней много чего написано: стихи, сказки, дневники, афоризмы. Там над каждой строчкой можно думать и размышлять.
Вот Сонина запись после занятия в дельфинариуме: «…Сегодня я плавала с Вахом без папы. Вахуся меня успокаивал и говорил, что я как девочка-дельфинка, и у меня хвост и плавники и я в гармонии с водой. Это образ такой был. А ещё о свободном потоке воли, что не нужно её напрягать, а просто отпустить в нужном направлении. А направление – ну прислушаться к Творцу, там всегда чувство гармонии. Это уже не мыслеобразы, это я поняла как-то, пока плавала. Вахуся у меня три раза рыбку брал.
…Надо мне много обдумать, и прежде всего о свободном потоке воли. Дельфины потому такие гармоничные, что их воля всегда устремлена к Творцу.»
Такое вот несоответствие внешнего и внутреннего…

Соня не может разговаривать, поэтому общаться с ней приходится только письменно.
– у нее врожденная грамотность
– Соня читает, мгновенно «фотографируя» текст, сочиняет стихи. У нее своя система представлений об устройстве тонкого мира и оригинальная терминология, которая частично пересекается с терминологией Даниила Андреева, хотя «Розу мира» Соня не читала. Когда ее спрашивают: «Откуда ты это знаешь?» – она отвечает: " Я это знала всегда ". Леня Янушевич считает, что Соня ЭТО знает «оттуда же, откуда и Даниил Андреев». Как и все, я слышала много рассказов о телепатии, теперь же я столкнулась с этим явлением лицом к лицу: оказалось, что Соня может читать мысли.
При первом нашем знакомстве, узнав, что Соня пишет стихи и интересуется поэзией, я спросила, какое ее любимое стихотворение, Соня в своем разговорнике написала:

«Дано мне тело, что мне делать с ним, таким единым и таким моим».

Свое первое стихотворение на уроке Соня написала на большом ватманском листе со страшной скоростью, заполнив его с обеих сторон аршинными буквами.
Это было, после того как я прочитала ей «Сказку о Дожде» Беллы Ахмадулиной. Стихотворение было такое:

Лишь возносится
На крыльях мокрых и лохматых,
Из сегодня во вчера
Душа осеннего дождя.

А когда я спросила: «Какое у Дождя лицо?», она ответила (написала): «У дождя лицо больного и мудрого ребенка»

Из фильма Ольги Арлаускас «Клеймо»:

Творчество Сони Шаталовой


Две недели или квантум сатис

12.12.2012

Когда говорят, что испортился компьютер, то обычно имеют в виду сдохший винт, сгоревшую память, накрывшуюся видеокарту или еще какую-то одну испорченную деталь.
Ни разу не видел компьютера, испорченного целиком, от разъема USB, до процессора.
То есть чаще всего можно одну-две детали поменять и комп снова будет работать.
Ну, не как новый, конечно, но пахать станет.
А когда все детали в нем вдруг приходят в негодность, тут уже делать нечего, придется выкидывать и покупать новый, если есть на что.
Это я к чему.
Давно уже заметил, что когда ситуации в жизни складываются херово, когда одномоментно наваливается масса дерьма самого разнообразного уровня зловонности, то пока с ним, с дерьмом разбираешься, проводишь неотложные ассенизационные работы и возишь говно тачками, то тяжело, конечно, и надрываешься, и задыхаешься, и через немогу делаешь, и одышка одолевает, и бок колет, и суставы ломит, но разгребаешь, как геракл конюшни.
То есть плохо, но не край. Тяжко, но держишься. Больно, но терпишь.
И вот когда, кажется, все стерпел, выдержал и конюшни разгреб, и проблемы решил, и слезы с потом пролил, и можешь вздохнуть свободно и легко, тут-то как раз и начинаются главные проблемы.
Не сразу даже, а спустя неделю-две.
Эти две недели ходишь, думаешь, мол, сейчас в себя приду, передохну, сил наберусь и снова все будет нормально.
А оно тебе хрен по всей морде.
И тут уже невозможно пожаловаться на какую-нибудь одну колику в печенке или перебои в сердце или скрип в позвоночнике вкупе с зудом в вилочковой железе, тут глобальный и повсеместный пипец организму настает.
Вмиг вылезают все болячки, про которые забыл двадцать лет назад, к ним немедленно примыкают толпы новых, еще неизвестных науке, и вся эта гнусная и злобная шобла беспардонно и хамски гогоча и плюясь, топчется грязными большевистскими сапогами у тебя по всему организму.
Ну ладно, если шли бы они небольшими штурмовыми группами, можно было бы их отстреливать по одному, крошить очередями и даже поджаривать напалмом.
А тут же не развернешься, не поймешь куда рубать, вокруг распоясавшиеся твари с хамскими рожами и тут же твой же организм, который собственными очередями повредить боишься.
И ты этих вонючих гегемонов голыми руками поодиночке душишь, давишь, ломаешь, а их все больше, и новые откуда-то подваливают, и от смрада портяночного уже голова кругом и бронхи слипаются и силы уходят.
А жить хочется.
И хорошо, если неплохо и в относительном здравии.
Но шобла в сапогах все топчется и мечется, и гадит, портит и ломает.
А ведь ты только что собрался в себя прийти, передохнуть малость.
А тут, гляди, как бы вовсе не сдохнуть.
И что интересно, всегда после неприятностей и тяжестей жизненных, эти две недели фальшивого штиля, и лишь вслед за штилем разом цунами налетает, и тогда уже только держись.
Вот и держусь.
А что еще поделаешь.
Придется.
Квантум сатис.

Хокусай - Большая волна